воскресенье, 29 сентября 2013 г.

Тема дня

Тема дня


«Мы стояли с Косенко плечом к плечу»

Posted: 29 Sep 2013 11:04 PM PDT

В процессе над «узником Болотной» слова омоновцев опровергли свидетели защиты — и видеозапись «Новой газеты», на которой видно, кто говорит правду

Дело Михаила Косенко, выделенное в отдельное производство из дела двенадцати «узников Болотной», остается по отношению к нему модельным. В отличие от ситуации с Максимом Лузяниным, который признал свою вину и поэтому в судебном заседании никакие доказательства не исследовались, разбирательство в отношении Косенко идет по полной программе. С представлением видеоматериалов, допросами свидетелей обвинения (сотрудников МВД) и защиты. Есть и еще одно обстоятельство. По результатам экспертизы, проведенной в Институте имени Сербского, Михаил может быть признан невменяемым. Так что для него существует не два, а три варианта приговора: оправдательный, обвинительный с каким-либо «типовым» наказанием — или обвинительный по сути, но означающий принудительное лечение в специализированном психиатрическом заведении.

Поединок экспертов

13 сентября в Замоскворецком суде председательствующая Москаленко неожиданно для всех объявила о том, что сторона обвинения закончила предъявлять доказательства. Последний свидетель прокуроров — омоновец Пузиков, кстати, не опознал в подсудимом обидчика его коллеги Казьмина.

А 23 сентября в суд был приглашен один из экспертов комиссии Института имени Сербского, которая вынесла заключение о невменяемости Михаила Косенко, — Инна Ушакова. Защита же заявила в качестве специалиста-эксперта известного независимого психиатра Дмитрия Савенко. Часть этого заседания была закрытой по желанию самого Михаила: он не хотел, чтобы люди обсуждали вопросы, связанные с его здоровьем.

Инна Ушакова — невысокая женщина в приталенном светлом пальто, немного флегматичная и уставшая. Войдя в зал, она не глянула на публику, на адвокатов, на подсудимого, а, облокотившись на стол, стала ждать вопросов.

Начинал эксперт Савенко:

— Коллега, расскажите мне, как ваша экспертная комиссия так резко изменила диагноз? На протяжении 12 лет Косенко наблюдался в психоневрологическом диспансере, аккуратно принимал лекарство, диагноз был известен: вялотекущая шизофрения простой формы, а вы вдруг поставили параноидную шизофрению, в то время как вялотекущая шизофрения выведена давно из кластера шизофрений…

Ушакова отвечала слишком спокойно и небрежно: ну это же все-таки шизофрения. Не торопилась она отвечать и Михаилу, когда он спросил, почему комиссии понадобилось меньше часа, чтобы установить диагноз? Она так же флегматично бросила: «Ну на 15 минут меньше или на полчаса, никто по секундомеру не засекал».

Комиссия состояла из трех человек, они задавали вопросы, но Ушакова не помнит даже свои. Чтобы освежить память, она открыла бумаги: «Доктора всегда собирают анамнез в процессе клинической беседы. Нам представляют документацию те, кто направляет на экспертизу. В нашем случае это следователь по особо важным делам ГСУ СК РФ подполковник юстиции Пумырзина. Она предоставила в наше распоряжение материалы уголовного дела № 201/459415-12, в одном из томов личное дело № 8576, медицинская документация. Из всех этих документов мы собираем анамнез».

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Жизнь после заката

Posted: 29 Sep 2013 09:13 PM PDT

Я  две недели был в раю, но не в том ветхозаветном, где текут молочные реки и на кисельных берегах разгуливают праведники и девушки разных возрастов.

До сих пор рай мне представлялся домом отдыха НКВД в Кисловодске, где предлагаются жемчужные ванны и питание пять раз в день, где на выбор пять супов и три горячих блюда и медсестры с лопающимися халатиками в разных интересных местах.

Я был в Израиле в период праздников и видел народ, которому есть дело до всех: детей, молодых и стариков. Я был в больнице, где моему родственнику сделали дорогую операцию бесплатно по страховке, и через три дня он встал, а через пять — отправился домой на своих двоих. Напротив той больницы стоял дом, похожий на пятизвездочный отель, но на террасе его сидели только глубокие старики в колясках, их куда-то везли на сверкающих лифтах, а те, кого не везли, мирно дремали в пальмах и цветах под присмотром помощников в униформе с логотипом этого дома-отеля для людей, живущих после заката.

Это все я видел не в столице, а в маленьком городе Петах-Тиква, размером с Кирово-Чепецк или Вологду. Старики здесь получают лекарства со скидкой 83% и все виды обследований. Причем высокотехнологичные операции получают ВСЕ, а не только чиновники категории А, — совершенно бесплатно, выплачивая 23 доллара в месяц в больничную кассу.

Я видел детей: маленьких, школьников и молодых людей с автоматами, преданных своей стране, готовых ее защищать не по приказу министра обороны, а по собственной воле. Дети — наше всё, так считают в Израиле, а не говорят, как на моей Родине.

Дети кругом, их тысячи и тысячи, на руках, в колясках… Рождаемость не стимулируется государством, люди просто рожают детей, потому что первая заповедь гласит: «Плодитесь и размножайтесь». Иметь много детей — счастье, а не обуза для родителей, их не бросают в мусорные баки, не сдают в дома ребенка от неспособности прокормить и воспитать.

Я был в Хевроне, в святом месте для евреев и мусульман (Пещера Махпела), там все непросто: армейские джипы и солдаты патрулируют город днем и ночью. На парковке перед святым местом я видел стайку арабских детей, пытающихся получить какие-то деньги у туристов со всего света: ко мне подбежал шестилетний мальчик и попросил у меня сигарету, я ему отказал из гуманных соображений, и тогда он показал мне свою пипиську — в знак протеста против угнетения и порабощения. Меня не огорчила его выходка, мне стало жаль этих детей, затравленных волчат, живущих на улице. Несладко жить под охраной и в гетто. Я видел арабских девочек, выходящих из школы, они снимали платки и смеялись в кулачок, поглядывая на туристов в шортах и на их детей в кипах и с пейсами и стариков в черных халатах и соболиных шапках, идущих к святому месту.

Эти девочки и мальчики, просто дети, разделенные взрослыми на своих и чужих. Потом они вырастают и начинают смотреть друг на друга сквозь прицел…

Я был в раю, где все не так ладно на первый взгляд и на второй тоже. Там есть диаметрально противоположные точки зрения, как строить страну; есть бывший президент, сидящий в тюрьме, по закону, а не в результате интриг и мести политических противников. Но в отношении детей и стариков в обществе есть полное единодушие: они — граждане страны, и страна должна заботиться о них. Граждане ворчат, но платят налоги, платят за машины по двойной цене, дают деньги добровольно на благотворительность по закону, со списанием налогов, и в результате там нет детских домов и нет сирот.



В Израиле нет газа, нет нефти, есть безумные расходы на безопасность, нет «Газпрома», нет футбольных клубов с безумными гонорарами легионеров, нет уполномоченного по правам детей Астахова, у которого одна забота —  доказать превосходство своей страны. А сердце и воля власти и граждан есть, и это главное, что я увидел.


Мне жаль, что на моей Родине, богатой и сильной, декларирующей приоритет человека, а не государства, — горят старики в богадельнях, умирают дети, не получившие вовремя качественное лечение, есть много такого, чего быть не должно ни по какому закону — ни по божескому, ни по человеческому.

Я видел рай, теперь я знаю, что он есть.

Валерий Зеленогорский
писатель, блогер

Шанс

Posted: 29 Sep 2013 07:55 AM PDT

Олимпийская сборная человечества

Папа Ковальчука записал когда-то в тетрадке: «Наша цель Олимпийские игры!» Илье было тогда четыре с половиной года.

Илья Ковальчук — это не просто хоккеист в ряду других хоккеистов, это волшебная сказка о золотом мальчике-вундеркинде, который в пять лет уже неплохо катался на коньках, в десять без проблем обыгрывал тринадцатилетних, в семнадцать перешел в профессионалы, а в восемнадцать первым из наших игроков стал первым номером драфта в страшной и великой НХЛ. Но Ковальчук и там, в этом хоккейном Вавилоне, где бьется огромный Здено Хара, захватывает пространство северный Улисс Хенрик Зеттерберг и летит вперед Сидни Кросби с сотрясенным мозгом, не затерялся и заставил себя уважать: хамам этот технарь мог и по роже дать, а остальных обыгрывал на лету, в классическом старосоветском стиле.

И все в его жизни складывалось и складывается отлично, или, как говорят некоторые, тип-топ. В «Атланта Трешерз» и в «Нью-Джерси Девилз» он то забрасывал по 50 шайб за сезон, то набирал чуть ли не 100 очков, а то чуть ли не в одиночку вытаскивал свою команду из тины середины в плей-офф. Большие цифры сами собой кружились вокруг него, и это касается не только шайб, но и гонораров: 100 миллионов долларов могут поразить кого угодно, а для Ковальчука — это просто его зарплата за 15 лет. И есть еще в этом парне из Твери, бывшем спартаковце и нынешнем питерском армейце, такая приятная, интеллигентная повадка, которая позволяет ему быть все время на виду и на слуху и при этом ничуть не раздражать публику. Он мягко говорит и мягко улыбается. Хороший парень Илья, отличный хоккеист, и всем приятно, что у него все так хорошо сложилось в жизни.

Но в этой истории вундеркинда с левого края есть и кое-что подспудное. В сиянии успеха скрыта тень. Безотказный Илья, он всегда приезжал в сборную и трижды подряд играл на Олимпийских играх в 2002, 2006 и 2010 годах, но золота не выиграл. Только бронза, полученная в Солт-Лейк-Сити, где у нас была совсем не слабая команда с капитаном Ларионовым, братьями Буре и Дацюком, но и она не смогла сделать то, что по все тем же старосоветским понятиям наша хоккейная сборная обязана делать. И сам собой возникает тогда вопрос о соотношении вещей и масштабе побед. Звезда Ковальчук, раскрученный и воспетый, трижды игравший в НХЛ в Матче звезд, не сходящий со страниц газет, давно вошедший в список лучших игроков и самых острых бомбардиров, — ходит со скромной бронзовой медалькой на груди, тогда как многие советские хоккеисты ее бы и за награду не считали. В той давней сборной, от времен Альметова и до времен Харламова, у всей той плеяды, начинавшейся с Боброва и Бабича и продолжавшейся Старшиновым и Майоровым, у всех тех железных людей, среди которых были злой на льду Фетисов, летучий Макаров и размашистый Якушев с гордым профилем, — любая олимпийская медаль, кроме золотой, считалось неудачей. Сколько в советском хоккее было олимпийских чемпионов, и еще двукратных, и потом трехкратных? Их хватает. И рядом с этими людьми, на фоне того, что они свершили, как-то меркнет весь заокеанский блеск Ильи Ковальчука и как-то дешевеют его заморские прекрасные трофеи…

Я думаю, он сам знает об этом, хотя и не говорит. И разве папа Ильи не записал когда-то в тетрадке, куда заносил достижения и планы сына, и его рост, и вес, пророческую фразу о самом главном деле для спортсмена: «Наша цель — олимпийские игры!»? Илье было тогда четыре с половиной года.

Все это не упрек, ни в коем случае. Есть хоккеисты, которым можно скупо отдавать должное, есть другие, которых можно вежливо уважать, и есть третьи, которые внушают безотчетную симпатию. Ковальчук из этих, третьих. В нем есть человеческая мягкость, которая так ясна в его улыбке, и человеческая твердость, которая так ясна в его игре. Нельзя забыть, как на чемпионате мира 2008 года в Канаде у Ковальчука не шла игра, и как он мучился на льду, и как не мог забить ни шайбы вплоть до финала в «Колизей Пепси», где мы под рев всего Квебека проигрывали сначала 1:3, а потом 2:4. И как из этих мук на льду, из этой боли и войны Илья сумел создать сначала один гол и сравнять счет, а потом сотворил и другой, победный. Нельзя забыть его томительное выкатывание на ворота в овертайме, и кистевой бросок немыслимой точности в девятку, и прыжок Ильи Ковальчука лицом на стекло, и его бешеные глаза, через экран врывающиеся в наши дома и души, и его крик нам всем сквозь ночь и океан: «Это для тебя, Россия!»

Алексей Поликовский
Обозреватель

Поля тревоги нашей

Posted: 29 Sep 2013 06:32 AM PDT

Такого позорища футбольная столица России и столица не очень уже далекого мирового футбольного форума-2018 еще не знала

Всю прошлую неделю российская футбольная общественность с трепетом ожидала вердикта УЕФА по поводу пригодности или непригодности стадиона «Арена-Химки» для проведения домашнего матча группового турнира Лиги чемпионов между ЦСКА и чешской «Викторией».

Собственно, и без высокой комиссии тем, кто пытался играть на угробленном меньше чем за месяц газоне, и тем, кто его видел, пусть даже на телекартинке, было ясно, что играть на главном стадионе Химок нельзя. Вариант с заявленной ЦСКА запасной ареной в Краснодаре тоже не проходил: на следующий день после тура Лиги чемпионов местная «Кубань» должна принимать испанскую «Валенсию», а по регламенту УЕФА промежуток между двумя матчами должен составлять не менее двух суток. Московские армейцы оказались, по сути, в безвыходной ситуации — им грозил перенос важнейшего матча на нейтральное поле, то есть за границу.

В офисе УЕФА тоже ломали голову: как не обидеть такой авторитетный клуб, как ЦСКА, но при этом и регламент соблюсти. В эти же дни Российский футбольный союз, являвшийся косвенным виновником «убиения» газона на «Арене-Химки» организацией двух матчей молодежной сборной России, запретил столичному «Динамо» проводить на их «домашнем» стадионе встречу 11-го тура чемпионата России с самарскими «Крыльями Советов» из-за риска окончательно уничтожения газона. Что только подлило масла в огонь: динамовцам тоже некуда было деваться, и в конце концов решено было проводить матч премьер-лиги на химкинском же стадиончике «Родина». Недовольными, недоумевающими и возмущенными оказались все.

Когда же УЕФА разрешил ЦСКА принять «Викторию» в Санкт-Петербурге на стадионе «Петровский» — на следующий день после того, как на домашней арене сыграет матч группового этапа Лиги чемпионов «Зенит», — оставалось кинуть камень в европейских футбольных чиновников, которые отвергли кандидатуру Краснодара и предпочли арену «Кубани» «Петровскому» с тем же самым нарушением регламента. Но стоит ли пенять на решение ведомства Мишеля Платини, если даже мы не в силах понять, как при наличии невероятных «футбольных» денег выходить в свет с голой задницей?

Я тут некстати вспомнил, как полтора десятка лет назад, пребывая на чемпионате мира по хоккею в Швейцарии, случайно заглянул на территорию футбольного клуба «Базель». И, начав считать запасные и тренировочные поля, сбился на втором десятке. Увиденное сразило напрочь: во всей России не было столько идеальных футбольных газонов, сколько в одном Базеле, городе не очень крупном и отнюдь не южном.

Прошли годы, для России не самые бедные. Базель с тех пор еще и обрел великолепную арену, на которой российская сборная взяла европейскую бронзу 2008-го. Его футбольный клуб, однако, богаче не стал, в составе нет ни одного футболиста европейского топ-уровня, но швейцарцы нынче в Лондоне в первом туре группового турнира Лиги чемпионов показали на «Стэмфорд Бридж» кузькину мать самому «Челси» во главе с великим Моуринью. Чем отличился в Мюнхене наш богатенький чемпион, которому дома негде играть, — известно.

Из московских команд на этой стадии еврокубков остался только ЦСКА: «Спартак» благоразумно сдался швейцарскому же «Санкт-Галлену», вольно или невольно избавившись от поисков места, где принимать Лигу Европы. Вот было бы смеху, если бы и красно-белых отправили в Питер на тот же «Петровский»!

Но нам давно уже не до смеха. Кстати, «Спартак» проиграл маленькому швейцарскому клубу на том же многострадальном стадионе в Химках. Газон «Арены-Химки» убили не дожди — природная аномалия только довершила начатое людьми, чье упрямство соседствовало с глупостью. Надо было умудриться впихнуть на одну поляну 5 матчей плюс гостевые тренировки именно в тот период, когда разверзлись небеса и конца-краю природному безобразию не было видно.

К середине сентября «вдруг» обнаружилось, что в Москве осталось полтора более или менее пристойных стадиона: «Локомотив» в Черкизове и имени Эдуарда Стрельцова на Восточной улице. К концу месяца оказалось, что поля там «еще хуже», чем в Химках.

Такого позорища футбольная столица России и столица не очень уже далекого мирового футбольного форума-2018 еще не знала. Но ведь не скажешь, что не ведала.

…Каждый из трех бездомных московских клубов может поведать свою горестную «инфраструктурную» историю. Меньше всего претензий может быть к «Спартаку», который бился в выстроенную московской чиновничьей бюрократией глухую стену аж с 1994-го, а нынче ближе всех к обретению своего стадиона в Тушине. За спиной красно-белых всегда была Большая спортивная арена «Лужников», с которой «Спартак» съезжал обычно ненадолго, а весной, похоже, покинул навсегда. «Лужники» объявлены главной ареной чемпионата мира-2018, после августовского чемпионата мира по легкой атлетике стадион закрыли, не имея еще завершенного проекта коренной реконструкции. Чем убили двух зайцев, лишив места не только «Спартак» и его болельщиков, но и сборную России, которая проводила последние домашние матчи отборочного турнира чемпионата мира-2014 в Казани и Санкт-Петербурге.

Новая история главной арены «Лужников», которая успела исправно послужить и армейскому клубу, только начинает разворачиваться. И, глядя на темпы, каковыми реконструируется раритетный спортивный комплекс «Динамо» на Ленинградском проспекте, — заранее становится тревожно. За «Динамо», от которого практически ничего не осталось, а есть только красивый проект «ВТБ-Арены» и окружающего пространства, душа болит уже давно — с той поры, когда самый знаменитый советский футбольный стадион снесли, чему уже лет пять. Кипучая деятельность долгострой не отменила.

Кстати, и на 3-й Песчаной улице первый камень нового стадиона ЦСКА заложили еще в 2007-м. Конечно, надо было умудриться втиснуть футбольный стадион в «междуящичное» городское пространство, но это полбеды. С тех пор заказчик, проектировщики и подрядчики не столько строят, сколько судятся, предъявляя взаимные претензии друг другу.

Пока сроки ввода в строй трех новых московских арен выстраиваются как по ранжиру: 2014-й год — спартаковская «Открытие-Арена», 2015-й — армейский стадион на 3-й Песчаной, 2016-й — динамовская «ВТБ-Арена» (про «Лужники» ничего конкретного сказать пока нельзя, хотя на год 2017-й откладывать уже нельзя). Но реальные очертания имеет только стадион в Тушине, на котором уже приступили к завершающему этапу работы.

Это все — будущее, но где-то играть надо и сейчас! Самое удивительное, что переход на систему «осень—весна» главный его идеолог в лице того же президента ЦСКА Евгения Гинера затеял и продвинул в тот момент, когда с футбольной инфраструктурой, и не только московской, наступала полная катастрофа. Такое ощущение, что решение принимали люди, абсолютно безответственные, которые не в силах просчитать элементарные вещи. И, если вспомнить про печально знаменитый питерский газпромовско-зенитовский долгострой, — дело тут не в средствах, а в головах. Слегка перефразируя известного мультипликационного героя, средств у нас, судя по тратам на своих и иностранных звезд, — завались. А вот со всем остальным — проблемы. Ни строить, не воруя, не умеем, ни толково эксплуатировать и содержать.

…С пяток приличных стадионов на всю Россию еще наберется. При этом Грозный и Махачкала для еврокубков решением УЕФА закрыты (у «Анжи» «домашний» стадион для международных матчей — в подмосковном Раменском); Краснодар и Казань сами участвуют, а ЦСКА будет играть Лигу чемпионов пока в Питере. Что будет с двумя оставшимися домашними турами, как и с продолжением чемпионата России в Московском регионе, — никто не знает: пусть вице-президент РФС Сергей Чебан и оптимистично заявил, что включение всех резервов позволит привести в норму газоны в кратчайшие сроки.

Но, во-первых, с бабьим летом выходит неувязка. А во-вторых, простора для применения «всего агротехнического потенциала» немного — это те же самые убитые газоны «Арены-Химки» (здесь «квартируют» ЦСКА и «Динамо»), «Локомотива» (здесь пристроился «Спартак») и «резервного» стадиона на Восточной. Кстати, бывшему знаменитому «Торпедо», судя по планам владельца группы ОНЭКСИМ Михаила Прохорова, в прежних параметрах существовать недолго: через год его закроют на реконструкцию.

Но я про сейчас. Господа чиновники и специалисты, футбол не в лето катится, а в зиму! И если уж в Москве в сентябре негде было играть, а было где только грязь месить, то октябрьские и ноябрьские перспективы измученных арен оптимизма, признаться, не вызывают.

Погода, конечно, виновата. Но все на нее не спишешь, как бы этого ни хотелось.

Владимир Мозговой
Специальный корреспондент

Команда

Posted: 29 Sep 2013 05:06 AM PDT

Благородные «пираты» Greenpeace: кто они?

Юристы организации намерены обжаловать решение суда, продолжая настаивать на немедленном освобождении активистов

фото Will Rose/Greenpeace

«На корабле есть все. Вообще все. Я даже скейтборд нашла: на палубе много места», — Ксения, сотрудник Greenpeace России, вернулась с Arctic Sunrise пару недель назад, проведя месяц с теми, кто сейчас оказался в СИЗО Мурманска. Есть музыкальные инструменты и своя корабельная музыкальная группа, состав которой обновляется с каждой сменой. Устраивают и концерты, и ночной клуб — пусть и в условиях полярного дня.

«Если на борту чего-то нет — сделают своими руками: на моих глазах дэкхенд Кристиан Д’Алессандро, итальянец, сделал стол и стул», — вспоминает Ксюша. В трюме имеется склад одежды: ее купили на 6 тысяч евро, пожертвованные учениками одной голландской школы. Табличка на двери гласит: «Относитесь к одежде с уважением, она того заслуживает». А в кают-компании — целая библиотека, Ксюша насчитала книги на двадцати разных языках, в том числе пять томов — на русском. Сейчас, сидя в СИЗО, гринписовцы больше всего просят прислать именно книги.

В кают-компании собираются во время шторма, там слабее чувствуется качка. Рабочий день начинается в восемь и заканчивается в пять, а вечерами здесь читают, смотрят фильмы, учатся. Пойти все равно некуда.

На Arctic Sunrise принято учиться: волонтеры-дэкхенды (матросы, выполняющие работу, не требующую специальных знаний) учатся управляться со снастями, отдельные любители занимаются йогой. Особенно удобно в этой команде учить языки — многонациональная. Соседка Ксюши по каюте, Анне Йенсен из Дании, вечерами сидела за учебниками: она пришла на корабль обычным волонтером, выучилась сначала на оплачиваемого сотрудника команды, потом, сдав экзамены, стала третьим помощником капитана, но метит еще выше. Помогать ей с задачами приходил бортовой механик Джонатан Битчем, новозеландец. Джо — в некотором роде душа корабля: «Если на борту нет Джо, значит, что-то не в порядке», — так говорят гринписовцы. У Greenpeace три корабля: есть еще Esperanza и Rainbow Warrior. Члены команд работают посменно: три месяца в экспедиции, три — дома, в новый рейс их стараются отправлять на другое судно, так интереснее. Но Джо всегда здесь: «Когда мне звонят и предлагают экспедицию, я спрашиваю, на каком именно судне. Если оказывается, что не на Arctic Sunrise, — я отвечаю, что занят».

Самым довольным на корабле был украинец-кок: его имя просят не называть в его же интересах. Он новичок, присоединился к команде в середине плавания: предыдущий судовой повар высчитал, что окончание его трехмесячной вахты придется на часть плавания в открытом океане, и попросился на берег пораньше. Это был шанс для украинца: он три года писал заявки в Greenpeace, добыл личный мэйл старпома, и вот наконец — на корабле. Только проплавал повар недолго, а сколько просидит — непонятно.

Попал в тюрьму и Андрей Аллахвердов, руководитель пресс-службы Greenpeace России.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Ремейк Маяковского

Posted: 29 Sep 2013 03:03 AM PDT

Почему тарифы будут заморожены для предприятий, а не для граждан

Во второй половине сентября премьер Медведев выступил с громким заявлением: правительство приняло решение о заморозке тарифов естественных монополий в следующем, 2014 году. Постоянно растущая стоимость коммунальных услуг — тема болезненная для населения. И заморозка тарифов могла бы стать пусть и популистским, но вполне эффективным решением, которое сняло бы растущую напряженность в этом вопросе.

Однако не успело население преисполниться искренней благодарностью к руководителям партии и правительства, неустанно заботящимся о росте благосостояния российских граждан, — как правительство изменило свое решение. Заморожены тарифы будут только для промышленности, а население ждет рост. Пусть небольшой, почти на треть ниже инфляции этого года, но рост. Причиной стало жесткое противодействие со стороны руководства пресловутых монополий, в один голос принявшихся рисовать апокалиптические картины недалекого будущего, омраченного заморозкой тарифов.

Глава РЖД Владимир Якунин посетовал, что инвестпрограмму компании придется сократить на 124 миллиарда рублей, а заодно и уволить более 62 тысяч сотрудников. «Газпром» и вовсе свои потери оценил в полтриллиона и пригрозил сократить 300 тысяч рабочих мест.

Самое удивительное в этой истории — вовсе не впечатлительность правительства, которое после двух громких заявлений заинтересованных монополий изменило принятое уже решение, предварительно одобренное президентом Путиным. Случалось такое и раньше. А вот тот факт, что поблажку получили промышленные предприятия вместо граждан, — не укладывается в публичную политику последнего времени.

Между тем история с тарифами — весьма красноречивая иллюстрация смены экономической модели, на которую делает ставку команда «модернизаторов» и «реиндустриализаторов», приведенная сначала в Кремль, а потом и в Белый дом Дмитрием Медведевым. И если сам Медведев, говоря о необходимости модернизации, дальше рассуждений о необходимости ухода от сырьевой модели экономики, как правило, не уходит, то его соратники оперируют другими аргументами.

В частности, никто уже давно не игнорирует тот факт, что от сырьевой модели роста отечественная экономика отошла еще в первой половине нулевых, на волне первых и самых удачных реформ Грефа—Кудрина и еще более радикально настроенного Илларионова. Главным источником роста стал взлетавший практически по экспоненте потребительский бум, достигший своего пика в начале 2008 года, в преддверии кризиса.

Выйдя из нокдауна, полученного во второй половине 2009 года, правительство попыталось перезапустить рост, в том числе и при помощи стимулирования платежеспособного спроса населения, ускоренными темпами индексируя пенсии и вводя в действие другие социальные программы, добавляющие денег малообеспеченным гражданам. Правительство полагало, что деньги эти немедленно вернутся в экономику в виде дополнительного платежеспособного спроса.

Результаты получились разочаровывающими, в том числе из-за того, что параллельно применялись и другие меры «стимулирования»: чего стоит одна «плавная девальвация», ударившая в условиях высокого продовольственного импорта по кошелькам всех россиян, в том числе и малообеспеченных! Так или иначе, но модель, основанная на росте потребления, в России была признана исчерпавшей себя и бесперспективной на ближайшие годы. Ставку было решено сделать на инвестиции. Отсюда, кстати, и переходящая всякие границы озабоченность российских властей состоянием инвестиционного климата в стране. Ввиду отсутствия климата и частных инвестиций государство пытается взять роль инвестора на себя, инициируя один за другим «мегапроекты», вроде освоения Сибири и Дальнего Востока или строительства высокоскоростных магистралей. Но надежда на то, что и частный инвестор вложит свою лепту в модернизацию, пока не умерла. Так что заморозка тарифов естественных монополий для промышленных предприятий — попытка поманить инвестора очередным «пряником». Правительство этого даже и не отрицает.



Что же до населения — придется подождать, пока отечественная экономика не будет модернизирована и не пройдет стадию реиндустриализации.


Вот тогда, возможно, правительство и примет очередное судьбоносное решение, направленное на повышение благосостояния. А пока можно и потерпеть, перечитывая на досуге гимн первой, сталинской еще модернизации — бессмертную поэму Владимира Маяковского «Рассказ Хренова о Кузнецкстрое и людях Кузнецка»: «Через четыре года…»

Максим Блант
экономический обозреватель

Маргоша — 6,5 года условно и пожизненная инвалидность

Posted: 29 Sep 2013 12:50 AM PDT

Месяцы, проведенные в СИЗО, стали реальным — пожизненным приговором.



Несколько дней назад суд вынес приговор Маргарите Чарыковой, той самой Маргоше, статья о которой, опубликованная в «Новой» в № 38 от 8 апреля, собрала 48 тысяч просмотров в интернет-версии издания.

Напомню канву. Сотрудники Госнаркоконтроля задержали Риту в декабре. При обыске у нее был обнаружен пирацетам с примесью амфетамина, который девушка использовала для приготовления обезболивающего. У нее с рождения отсутствует прямая кишка, и кустарно приготовленное лекарство позволяло справляться с болью. Следствие, впрочем, с самого начала придерживалось версии, что наркотик Рита готовила для сбыта.

Ее поместили в СИЗО «Печатники», в общую камеру, где совершенно невозможно было проводить очистительные манипуляции. Рита стала гнить заживо. В больнице «Матросской Тишины», куда за время следствия ее несколько раз направляли, медики фиксировали признаки сильнейшей интоксикации, гнойные выделения из кишечника, высокую температуру и рвоту, отек тела. Риту выводили из критического состояния, а потом опять возвращали в СИЗО. Только после вмешательства правозащитников и Европейского суда по правам человека Риту отпустили под домашний арест.

Тимирязевский суд Москвы признал Чарыкову виновной в приготовлении наркотиков к сбыту и назначил наказание — 6,5 года условно. Прокуратура, впрочем, требовала реального срока.

Теперь несколько слов о жизни Риты после ее перевода из СИЗО под домашний арест.

Сразу начались скитания по клиникам. Их за это время было три. Врачи делали все возможное, чтобы помочь, но, странным образом, после того как в больницу приходил очередной запрос от следователя, проходит ли лечение данная гражданка, ее спешно выписывали.

Пока лечение (а сейчас Рита принимает 19 таблеток в день) желаемых результатов не принесло. Кишечник, который до ареста хоть и не идеально, но функционировал, отказал окончательно. Именно поэтому оперировать в этом состоянии врачи считают нецелесообразным. Очищает организм Рита специальным устройством — ирригатором. То есть Рита теперь 100-процентный инвалид.

В этом смысле следователи, которые вели дело с многочисленными процессуальными «особенностями» — все доказательства ее вины строились на показаниях сотрудников ФСИН и одного наркомана, по поводу «мягкости» наказания могут особо не сокрушаться. Маргоша за свой амфетамин расплатилась по полной. Полнее врагу не пожелаешь. Причем наказание за доказанное сомнительными методами преступление будет теперь нести пожизненно.

Характерно и то, что на оценку степени виновности девушки совершенно не повлиял тот факт, что кустарный анальгетик нужен ей был не для кайфа, а по медицинским показаниям. Как трудно, а иногда невозможно добиться для долгосрочного обезболивания легального рецепта наркосодержащего препарата в нашей стране, объяснять, думаю, излишне.

И еще: в мировой практике такого рода дел дозу хранимого наркотика рассчитывают, учитывая только чистое вещество. Рита же подмешивала в амфетамин еще одно разрешенное лекарство. Но в вину ей вменили вес смеси.

Характерно, что даже после вмешательства ЕСПЧ и правозащитников, после огласки ее дела в СМИ Рита не рассчитывала на милосердие. В телефонном разговоре она на вопрос, какого решения суда она ожидала, ответит: «Я вещи с собой в тюрьму собрала. Я собралась идти умирать».

Спустя три дня после приговора Рита пошла к следователю, чтобы забрать свои вещи, которые были приобщены к делу. Три тысячи рублей, изъятых при обыске, ей вернули, а айфон нет. Следователь сказал, что возбуждено новое уголовное дело для установления лица, сбывавшего ей наркотик, а Рита по этому делу теперь проходит свидетелем.

Светлана Сидоркина, адвокат Риты, сказала: «Мы не стали обжаловать приговор, хотя Рита не признала себя виновной. Самое главное, что она на свободе, что человеческая судьба все-таки победила систему. Но оправдательных приговоров система не прощает. Новое дело, на мой взгляд, это способ держать Риту на крючке, не дать забыть ни на минуту о том, что с ней было».

Наталья Чернова
обозреватель

P.S. Рита попросила: «Если можно, передайте через газету мою огромную благодарность всем, кто помогал нам в «АГОРЕ», и особенно адвокату Светлане Сидоркиной. Она теперь после мамы мне самый близкий человек».

Комментариев нет:

Отправить комментарий